Испания Español English Russian Spain.org.ru

  Логин or Регистр
Навигация
· Главная
· Девушка дня
· Архив новостей
· Знакомства
· Книги Музыка Видео
· Контакт
· Испания
· FAQ
· Google Испания
· Google España
· Google Spain
· Погода в Испании
· Новости Испании
· Поиск
· Пользователи
· Опросы
· Отзывы туристов
· Ссылки
· Статистика
· Темы новостей
· Топ
· Форум
· PDA
· TV Испании
· Экспорт новостей
· Энциклопедия
· Журналы
· Радио Испании
· Реклама
· Рекомендовать
Испания
· Испания
· Государство Испания
· География Испании
· История Испании
· Климат Испании
· Карты Испании
· Природа Испании
· Население Испании
· Образование в Испании
· Регионы Испании
· Туризм в Испанию
· Недвижимость в Испании
· Испанская музыка
· Культура Испании
· Экономика Испании
· Мода и красота в Испании
· Евровидение Испания
· Общество Испании
· Испанский Интернет
· Иммиграция в Испанию
· Международные отношения
· Спорт в Испании
· Бизнес в Испании
· Работа в Испании
· Политика в Испании
· Madrid Мадрид
· Barcelona Барселона
· Andalucía Андалусия
· Catalunya Cataluña Каталония
Реклама
Эти странные испанцы - 1
Книга об испанском характере




Дрю Лоней
Эти странные испанцы

Книга об испанском характере

 

Национальное лицо

Характер

Поведение

Манеры

Верования и ценности

Обычаи и традиции

Культура

Отдых и развлечения

Еда и напитки

Здравоохранение и гигиена

Чувство юмора

Преступление и наказание

Любимые занятия

Общественная организация

Правительство

Бизнес

Беседа

Об авторе

 

“Андалузцы, арагонцы, баски, кастильцы, галисийцы хоть и считают себя очень разными, на самом деле ближе друг к другу, нежели к иностранцам”.

Испанцев чуть больше 39 миллионов (сравните с 48 миллионами англичан, 57 миллионами французов, 57 миллионами итальянцев и 80 миллионами немцев).

 

НАЦИОНАЛЬНОЕ ЛИЦО

 

Напутствие

Я должен сразу оговориться: испанцев мало волнует, что другие думают о них. Да и сами они не очень высокого мнения о своей стране. Выражения типа: “Дым отечества согревает лучше любого огня” или “Не будь он Господом Богом, он был бы испанским королем” - давно канули в Лету.

Испанцы - патриоты только тогда, когда это интересно. Так было, например, в 1992 году, во время Олимпийских игр в Барселоне, и продолжалось целых две недели.

Испанцам, по большому счету, глубоко наплевать на спорт, но тут вдруг они сообразили, что бегать, прыгать и метать намного интереснее, если за тебя болеют родственники и друзья.

Когда их сборная успешно борется за мировую футбольную корону, испанцы превращаются в рьяных болельщиков; когда же их выбивают из чемпионата на первых этапах, то они с поразительной легкостью переключаются на любую другую команду, имеющую шансы на победу, желательно латиноамериканскую.

 

Что они думают о других?

Испанцы если и думают, то только о тех странах, где они побывали и где им понравилось.

О странах же, где им было скучно, они и думать не хотят. Поскольку в Англии по ночам предпочитают спать, а не веселиться, а пиво там теплое и горькое, то англичан испанцы просто не замечают. В лучшем случае, их считают тупыми занудами.

Зато бразильцев они превозносят, поскольку те спать не ложатся вообще и ночи напролет пьют и танцуют.

Что австрийцы, что бельгийцы, что китайцы - испанцам все равно. То же самое можно сказать и о голландцах, французах, немцах, итальянцах или японцах. Все они “экстранхерос” - иностранцы. Это, конечно, не позорное клеймо, но достаточное основание для насмешливой клички "гири", производное от "гиригай", то есть “невнятное бормотание”, “тарабарщина”, на которой, с точки зрения испанцев, говорит большинство иностранцев. Испанцы очень близки к "судакас", южноамериканцам, и из солидарности с ними смотрят на североамериканцев как на самовлюбленных кретинов, коих лучше не подпускать к своей стране и делам.

В общем же и целом, их интересует человек, а не толпа. Главное, чтобы он был интересен.

 

 

Что другие думают о них?

Испанцы - народ шумный, которым и дела нет до других. Они вечно опаздывают или просто не являются на встречи, которые они же сами и назначают, и не спят, если не считать послеобеденной сиесты.

А хуже всего то, что на все жалобы других они лишь пожимают плечами.

Самой крупной, самой знойной и самой бедной частью страны является Андалусия. А народ здесь самый подвижный и самый живой во всей Испании; именно здесь родина самых зажигательных танцев и музыки и самых ярких нарядов. Именно поэтому экскурсоводы показывают Андалусию туристам как настоящую Испанию, хотя лично нам трудно представить себе андалузца и галисийца, мирно рассуждающих за хлебом с оливковым маслом и чесноком или за чашечкой кофе, кто из них больший испанец.

 

Что они думают друг о друге?

Для испанцев вопрос о национальности сильно затуманен вопросом о языке.

В пятнадцатом веке, когда Изабелла Кастильская вышла замуж за Фердинанда Арагонского, и в стране установилось некое подобие порядка и единства, “кастельяно”, то есть язык, на котором разговаривала Изабелла, стал основным средством общения. Со временем, однако, различные области Испании стали тяготеть к независимости и потому перешли на свои собственные языки.

Франко, пришедший к власти в результате “негражданской” войны, попытался объединить страну, запретив подобную глупость. Но добился он только того, что загнал сторонников независимости в подполье. Как только его дух оставил свое бренное тело, сепаратизм вновь вылез наружу.

В Стране Басков или, как они сами называют свою родину, в Эускадии, все дорожные указатели написаны на баскском. У них своя собственная баскская полиция, свои собственные баскские налоги, собственные баскские школы, собственный баскский телевизионный канал и своя собственная и ни на что не похожая террористическая группировка ЭТА ("Эускадия Та Аскатасуна" - “Свобода Стране Басков”).

В Каталонии, со столицей в Барселоне, тоже предпочитают говорить на собственном языке, и не дай Бог некаталонцу испанского происхождения обратиться к каталонцу на кастильском наречии. Он услышит много неприятного в свой адрес.

В Галисии положение аналогичное.

Всего в Испании семнадцать областей, и у каждой - своя собственная столица, флаг и законодательство. Многие кичатся своим собственным языком. Но по мере того, как вы едете все дальше на юг, и солнце становится все жарче, лингвистический пыл испанцев остывает или вообще испаряется - во время сиесты.

Андалузцы, арагонцы, баски, кастильцы и галисийцы действительно разнятся между собой, но еще больше они отличаются от других народов. Вот и весь их национализм. Никакие они не патриоты, а национальным флагом размахивают лишь из любви к разноцветью. По большому счету, о независимости вспоминают лишь политически ангажированные студенты и интеллигенция, а вовсе не народ как таковой - ему на все это дело наплевать.

Но здесь есть одно маленькое “но”. Спросите у каталонца, является ли он патриотом и националистом, и он примется рьяно вас в этом убеждать. Только говорить он будет не об Испании, а о Каталонии.

 

Что они думают о самих себе?

Испанцы, если они вообще о себе думают, в чем лично я сильно сомневаюсь, считают себя вполне приятным народом, живущим в окружении “препротивных” наций.

 

ХАРАКТЕР

Понять испанца можно, но для этого необходимо усвоить, что превыше всего он ставит собственное удовольствие. Все, что такового не приносит, для испанца не существует.

Энергия так и хлещет у испанца через край, но хватает ее только на то, чтобы найти что-то новенькое и интересное. Временами эта страсть к удовольствию приобретает самодовлеющее значение.

Они то и дело меняют свое мнение. Ни о какой организованности не может идти и речи. Единственное, что можно сказать об испанцах, так это то, что они непредсказуемы.

Если будете в Испании, забудьте о старинной поговорке: “В Испании веди себя, как испанец”, ибо испанцы и сами не знают, как они себя поведут в следующую минуту.

“Индивидуалисмо” лежит в основе испанского характера и не позволяет им жертвовать даже малой толикой собственного удовольствия ради общего дела. Отсюда - отсутствие каких-либо угрызений совести, нетерпимость к критике и страсть к беспардонным нравоучениям.

Испанцы не честолюбивы, не завистливы и не впе­чатлительны. На всякий вопрос личного характера они лишь пожимают плечами, поскольку с их точки зрения это не имеет никакого значения. Например:

Вопрос: “Какую политическую партию вы поддерживаете?” Ответ: Пожимание плечами.

Вопрос: “Сколько раз вы были женаты?” Ответ: Пожимание плечами.

Вопрос: “Вам пиво или кофе?” Ответ: Пожимание плечами.

Нормальная, в общем, реакция, если не считать тех случаев, когда вы спрашиваете у работника железной дороги, когда следующий поезд на Мадрид.

Время, само собой разумеется, не имеет для испанцев никакого значения, ибо оно покушается на их свободу, а покушение на свободу означает покушение на удовольствие.

Самое главное слово в лексиконе испанцев - это “маньяна” (обычно сопровождаемое пожиманием плечами), что означает “завтра” или “как-нибудь завтра”, или “послезавтра”, или “после-послезавтра”, или “на следующей неделе”, или “через неделю”, или “в следующем месяце”, или “может, в следующем месяце”, или “в следующем году”, или “может, в следующем году”, или “скорее всего в двухтысячном”, или “позже”, “как-нибудь”, “никогда” или “ни за что”.

 

ПОВЕДЕНИЕ

Правила приличия были заложены в Испании церковью после гражданской войны и соблюдались беспрекословно. Так, женщинам не полагалось появляться на улицах в платье, плотно облегающем “те места тела, которые вызывают греховные желания в мужчинах”; женщинам не полагалось разъезжать на велосипедах, ходить в брюках, а уж о современных танцах не могло быть и речи.

Плохо знающие Испанию иностранцы наивно полагают, что с тех пор там мало что изменилось. Но они ошибаются. Испанки сегодня щеголяют по улице в таких узких одеяниях, что страсти из мужчин так и прут; а в отместку за долгие годы ограничений женщины гоняют на горных велосипедах в форме для аэробики. То, что они носят - это не просто джинсы, это джинсы с дырками, которые оставляют на обозрение всякого, имеющего глаза, шелковистую загоревшую кожу бедра, коленки или ягодицы; а вместо национальных танцев испанцы отводят душу за темпераментным диско.

 

Семья

Можно сказать, что мировоззрение испанца предопределено его семьей. От нее зависит, нравится ему жизнь или нет. Они редко что-нибудь планируют, но уж если планируют, то непременно зовут всех родственников.

Как поется в одной старинной испанской песенке:

“Ты некрасива и бедна, но я люблю тебя за то, что любишь мать мою”.

Семья и дом для испанца неизмеримо важнее всяких материальных благ, и отказ от семейного благополучия рассматривается как потеря, а не приобретение. Мать не понимает сына, оставляющего дом не для того, чтобы создать собственную семью. Но даже когда речь идет о создании собственной семьи, по обычаю жена переезжает к мужу, а не наоборот.

 

Дети

Для испанцев дети, чьими бы они ни были, стоят превыше всего, и потому они не только не понимают, как можно не допустить ребенка к развлечениям взрослых, как это принято в Англии, но и считают это нецивилизованной дикостью.

Испанцы считают, что детей должно быть не только видно, но и слышно, и всячески их к этому подталкивают. Громкий детский крик считается признаком жизни. Детей никогда не наказывают сном. Строго говоря, спать их не заставляют никогда. Ребенок, играющий у столика кафе часа в два ночи под восторженным взглядом гордого родителя и его друзей - явление обычное.

 

Старики

Отношение к пожилым людям тоже очень показательно. Испанцы не имеют привычки забывать пожилых родственников.

Дома для престарелых - вещь в Испании редкая, и предназначены они, в основном, для тех несчастных, у кого действительно никого не осталось. В большинстве городов и деревень деды и бабки, прадеды и прабабки сидят на ступеньках своих домов или на балконах, или в креслах-качалках, с довольным видом наблюдая за тем, что происходит на улице. Они полноправные члены сообщества, в котором живут, каким бы оно ни было: патриархальным, матриархальным, впавшим в детство или храпящим.

 

Эксцентрики и меньшинства

Найти эксцентриков среди испанцев довольно трудно, ибо с тех пор, как американские хиппи распространились по всему свету, их мало чем можно удивить.

Самым распространенным эксцентриком является старых правил сеньор, разъезжающий на коне с видом человека, владеющего городом (что вполне возможно). Другой распространенный эксцентрик - это прилизанный молодой человек с длинным ногтем на мизинце - признак того, что он не занимается физическим трудом и презирает “чулос” (сутенеров) и “хитанос” (цыган).

Испанцы не расисты. Они просто страстно ненавидят цыган и, если бы это было возможно, то не имели бы с ними ничего общего.

Если же не считать этого несколько предвзятого отношения к красивым, но устрашающего вида людям, то испанцам нет дела до цвета кожи и убеждений их собеседника.

 

МАНЕРЫ

В большинстве своем испанцы уделяют манерам меньше внимания, чем другие нации. Они, конечно, рассчитывают на то, что дети их будут вести себя прилично на людях, но не пилят их дома, как французы. За то, что ребенок поставил локти на стол, его по головке не погладят, но и подзатыльника не дадут.

“Извините” или “спасибо” - редко звучащие на улицах слова. Никто не ждет от вас извинения за незначительный проступок, но и слова благодарности тоже не сыплются, как из рога изобилия. Испанцы считают, что все это жеманство. Они не скрывают своего удовольствия, но и неудовольствия скрыть не пытаются.

Сложенные вместе нож и вилка на тарелке по окончании трапезы столь же естественны здесь, как и в любой точке мира. Манеры за столом стоят на втором после чревоугодия месте. Завидев в центре стола вкусное блюдо, испанцы потянутся к нему с разных сторон, презрев всякие приличия. Они будут хватать лакомство руками до тех пор, пока кого-то не осенит положить каждому по куску в тарелку.

Умные люди сделали в Испании миллионные состояния на продаже бумажных салфеток, смятые комки которых тут же летят под стол.

Кое-кто из стариков еще предпочитает есть в одиночестве. Эта привычка была выработана ими за долгие годы крайней нужды, когда нормальное питание считалось роскошью; в те времена каждый член семьи сам готовил себе пищу и ел за отдельным столом, спиной к остальным.

 

Приветствия

Обращение испанцев друг к другу, вероятно, самое простое во всем мире. В испанском языке вежливое обращение “устед” (вы) сосуществует с менее формальным “ту” (ты). Но, будучи представленными, испанцы напрочь забывают о вежливом “устед”. Для иностранца, не разбирающегося в местных обычаях, “устед” и “ту” могут стать постоянной головной болью, поскольку “устед”, произнесенное с издевкой, может быть большим оскорблением. Ибо дает понять адресату, что он ведет себя вызывающе.

С другой стороны, к пожилым дамам обращаться на “ту” нельзя, как и к важным персонам; но если вы с тайной надеждой расположить к себе полицейского будете иметь неосторожность обратиться к нему на “устед”, то тут же схлопочете штраф за неправильную парковку даже если у вас машины нет и в помине.

Обращения “дон” и “донья”, добавленные к именам, являются выражением глубокого уважения. “Дон” используется для обращения к академикам, врачам, юристам и другим людям с высшим образованием (дон Хуан, дон Диего, дон Кихот); с другой стороны, это - признак благородного происхождения.

Испанские мужчины мудро придумали для себя обычай не только пожимать женщинам руку, но целовать их в обе щеки. Потому представления - дома, на улице, в кафе, в ресторане - занимают больше времени, чем, скажем, во Франции (где на пожатие рук всем, кто попадается вам на глаза, обычно уходит не меньше часа в день), поскольку мужчины целуют женщин, женщины целуют женщин, дети целуют детей, тетушки целуют дядюшек, племянниц, дедушек, бабушек, кухарок, поваров, их жен и их любовников.

И все потому, что испанцы демонстративно эмоциональны и общительны. Они обожают знакомиться, они обожают своих друзей, старых и новых, и потому назначают бесконечные встречи в кафе, ресторанах, барах и т.д., чтобы вместе позавтракать, пополдничать, пообедать, выпить кофе, поужинать, выпить кофе на ночь, выпить еще кофе на ночь и еще кофе на ночь.

 

Этикет

То, что в девяноста восьми случаях из ста на подобные встречи никто не является, считается хорошим тоном. Дурным тоном испанцы считают не дослушать своего собеседника, кем бы он ни был и о чем бы ни говорил.

А поскольку испанцы никогда никуда не торопятся, то и о делах своих они могут рассказывать вам часами. А поскольку прерывать собеседника или намекать ему на то, что у вас другая встреча, считается неприличным, то смиритесь и успокаивайте себя тем, что тот, с кем у вас еще пять часов назад была назначена встреча, не дожидается вас с нетерпением в назначенном месте, потому что сам он выслушивает бесконечные истории своего друга, которого он, как и вы, тоже не может прервать и потому уже опоздал на три поезда и на два автобуса.

Поскольку непунктуальность - это общая для испанцев черта, то многие супружеские пары живут в счастливой уверенности, что рогов у них никогда не будет, потому что совершить прелюбодеяние в Испании просто невозможно.

Муж, конечно, может снять комнатку для мимолетного рандеву со своей секретаршей, скажем, во вторник после обеда, пока жена навещает тетушку, живущую где-то очень далеко, но встреча эта вряд ли состоится, ибо:

1. По дороге в отель он может встретить свою одноклассницу и пригласить ее на чашечку кофе, чтобы вспомнить молодость (три часа).

2. Секретаршу может пригласить на чашечку кофе другая секретарша, чтобы обсудить, стоит ли ей идти на рандеву (четыре часа).

3. Жена может не поехать к своей живущей далеко тетушке, потому что на вокзале она может встретить очень милого молодого человека, который пригласит ее на чашечку кофе в станционном буфете, чтобы рассказать ей, как ему нравится ее фигура (от двух до трех часов).

 

Очереди

Я, конечно, не могу утверждать, что очереди в магазинах - изобретение испанцев, но прорваться в магазине вперед, причем чем грубее, тем лучше, считается здесь делом чести. “Экстранхерос не сразу обучаются искусству стояния в очередях, скажем, в мясной лавке.

Большим преимуществом здесь являются крепкие острые локти и солидный вес; не помешают и знания о том, что творится в семье мясника, дабы дать ему пару советов поверх голов тех, кто стоит впереди.

Мясник или его жена, или его ученик стоят настолько выше возни по ту сторону прилавка, что обслуживают они не того, кто отстоял очередь, а того, кто оказался в поле зрения или рассказал им самую свежую байку.

Если в загашнике у вас есть свежая сплетня о девице, которую удалось “снять” вашему соседу, то вы можете быть уверены, что получите свой кусок свинины без очереди.

Бывает, что иностранок пропускают вперед. Наивные иностранки! Они не знают, что причиной тому - вовсе не вежливость. Испанцы удостаивают их такого внимания с единственной целью: побыстрее вытолкать их из магазина, чтобы вдоволь посмеяться над их, скажем, потешной соломенной шляпкой.

 

ВЕРОВАНИЯ И ЦЕННОСТИ

 

Состояние и успех

Хотя страсть к наживе и не является характерной чертой испанца, огромный дом, роскошная машина и драгоценности важны для него, но, прежде всего, потому, что это интересно. Его совершенно не волнует, что делает со своим богатством сосед, если таковое у него имеется.

Но все же испанцы, особенно нувориши, не лишены снобизма, хотя он и отличается от снобизма во Франции, а класса, подобного английскому, в Испании просто не существует - гражданская война всех уравняла.

Испанцы не рвутся к деньгам, как на севере Европы. Они ищут счастье в самих себе и в природе - в солнце и в природной размеренности.

Счастье для испанца намного важнее денег. Не знающий забот пастух, бредущий за стадом и вдыхающий свежий воздух деревни, - фигура для испанцев намного более привлекательная, нежели богатый промышленник, у которого не остается времени для того, чтобы "десфрутар ла вида" (наслаждаться жизнью), и тратящий огромные деньги на дорогие лекарства от язвы желудка.

Если испанец и захочет кому-то “показаться”, то просто начнет шуметь, предпочтительнее вечером или ночью, дабы все знали, что он жив. Мысль сообщить соседям о том, что он взял напрокат несколько новых видеофильмов или купил проигрыватель компакт-дисков, приходит испанцу в голову около часу ночи. Завывания его аппаратуры смешиваются с треском мопедов, соревнующихся на улице с мощными "Хондами". Хорошо смазанный двигатель даже беспокоит испанцев; грохот работающих механизмов для них доказательство, что человек жив и активен.

Тишина и покой выводят их из себя, и потому на испанском не говорят, на испанском кричат, не считая, конечно, того промежутка времени - между тремя и пятью дня - когда никто не говорит вообще, потому что все спят.

 

Религия

Кто бы что ни утверждал, но Испания - страна не религиозная. Да, они католики, но они не фанатики, если не считать дней святых, отмечаемых с языческими почестями.

В отличие, например, от Великобритании, где только троим святым удалось увековечить свое имя в календаре (Св. Георгий, Св. Андрей и Св. Патрик), в Испании их, по меньшей мере, дюжина в каждом месяце. У каждой области, у каждого города и у каждой деревни есть свой покровитель, у которого, как водится, есть свой день, а это - отличный повод для фиесты.

Святых женского пола не меньше, чем мужского. Но в отличие от своих коллег-мужчин, чьи статуи в человеческий рост носят по улицам в коричневых, серых либо грязновато-белых одеяниях, женщины предстают перед народными очами во всем своем блеске. Со слезами на глазах, бледные, но привлекательные, они появляются и плывут над головами толпы в небесно- или лазурно-синих туниках, в белых вышитых золотом платках и в переливающихся серебряных коронах с золотистым нимбом.

В свой праздник “сантос” и осантасо выносятся на прогулку во главе целой процессии днем или вечером. Их несут на носилках двенадцать крепких мужчин, за которыми частенько несут фигуры Иисуса Христа и Святой Девы Марии.

Люди не забиваются толпами в церковь по воскресеньям, а предпочитают стоять на улице, разглядывая выходящих верующих, как правило, пожилых, пытаясь понять, получили ли они что-нибудь стоящее от общения с Богом.

Что до молодого поколения, то ему в возрасте восьми лет действительно приходится зазубривать катехизис к первому причастию. Но это лишь повод для еще одного сборища дедов и бабок, родителей, дядюшек и тетушек, двоюродных, троюродных, четвероюродных и тому подобное братьев и сестер. На него же обычно приглашают и священника.

К сожалению, история испанской церкви идет рука об руку с историей жестокой Инквизиции.

Томас Торквемада (1420-1498) стал первым великим инквизитором, и в некотором роде испанцы его даже почитают, ибо, несмотря на жестокое обращение с теми, кто не разделял его верований, он не был занудой и занимался своим делом со вкусом.

Он не был одинок в своих убеждениях, ибо преследования инакомыслящих продолжались и после его смерти. Статистические данные показывают, что с 1471 по 1781 годы нация теряла в среднем по тысяче вольнодумцев в год. За триста суровых лет в общей сложности были заживо сожжены 32 тысячи человек, еще 17 тысяч были преданы символическому сожжению (это те, кому посчастливилось отдать Богу душу в тюрьме, то есть до того, как их отправили на шашлык), а еще 291 тысяча были подвергнуты изощренным и постоянно обновлявшимся пыткам.

В наши дни церковь никого не пытает, но взоры ее обращены к Ватикану, от которого она ждет новых святых, дабы добавить к календарю еще несколько праздничных дней для религиозных утех.

 

ОБЫЧАИ И ТРАДИЦИИ

 

Прогулка

“Ядсео”, то есть вечерняя прогулка по городу с целью повидать друзей, является старинной испанской традицией, как и ее неизбежное следствие, “осио”, означающее праздную беседу. Испанцы занимаются этим в любом месте и в любое время.

И хотя среднему классу уже знакомы прелести жизни за городом, вдали от шума и загрязненного воздуха городов, ненасытное желание встречаться с друзьями и прогуливаться по улицам под руку с супругом или супругой, встречаться с другими парами, также гуляющими по улицам рука об руку, не позволяет им уезжать далеко от центра.

Многие из тех, кто пытался жить на природе, в конце концов вернулись в шум и суету города, поскольку жизнь в пригороде кажется им невыносимо скучной.

Испанцы пребывают в постоянном страхе, что, живя вне города, они пропустят что-нибудь интересненькое.

 

Имена и фамилии

Традиционно испанцы носят двойные фамилии, и чтобы разобраться в них, необходимо некоторое усилие.

Выходя замуж, женщины не берут фамилию мужа, а сохраняют свою. А вот дети получают первую фамилию отца, за которой следует первая фамилия матери. Например:

- Пилар Гомес Диас, выходящая замуж за Фелипе Родригеса Фернандеса, останется Пилар Гомес Диас.

- но если у них родится дочь, которую назовут Мерседес, то она станет Мерседес Родригес Гомес.

- если Мерседес Родригес Гомес выйдет замуж за Хуана Гарсию Мартинеса, то она так и останется Мерседес Родригес Гомес, а вот полное имя ее сына Педро будет Педро Гарсия Родригес, а его сестры Кармен - Кармен Гарсия Родригес.

К счастью, в деловом общении используется только первая фамилия. Так, Фелипе Родригес Фернандес, скорее всего, будет известен как сеньор Родригес. В некоторых деловых документах, дабы избежать ошибки, жена принимает имя мужа, тем самым признавая, что она ему принадлежит. Так, Пилар Гомес Диас, супруга Фелипе Родригеса Фернандеса, может подписываться как Пилар Гомес Диас де Родригес.

Когда бедняга Фелипе умрет, Пилар может начать подписываться как Пилар Гомес Диас, въюда де Родригес (вдова Родригеса).

Дефис в этих двойных именах не используется никогда, за исключением истинно двойных имен, вроде тех, что носят в Англии. Но в этом случае у носителя такого имени будет целых три фамилии, например:

Фернандо Гонсалес Молина-Торрес, где Молина-Торрес - это и есть двойная, вроде английской, фамилия.

А если случится так, что оба супруга носят двойную (через дефис) фамилию, то их отпрыски будут носить целых четыре фамилии, вроде Хавиер Агилар-Паскуаль Лопес-Матиас.

Дабы облегчить вам жизнь, испанцы традиционно часто дают сыновьям имя отца, а дочерям - имя матери. Таким образом, в одной семье вы можете встретить сразу нескольких Эдуарде и несколько Маргарит, но звать их будут по прозвищу. Например: Франсиско = Пако, Хосе = Пепе, Мануэль = Маноло, Энрике = Кике; Мария Исабель = Марибель, Провиденсия = Прови, Инмакулада = Инма, Ремедиос = Реми, Долорес = Лоли, ну и так далее.

Необходимо также отметить, что нередко мальчиков зовут Хосе Мария, а девочек - Мария Хосе. Так что если среди ваших знакомых есть семья, где отца и сына зовут Хосе Мария, а мать и дочь - Мария Хосе, то на вашем месте я бы не стал очень часто приглашать их на чай, дабы избежать излишней путаницы.

Но все это - детские забавы по сравнению с испанским телефонным справочником. Номера здесь перечисляются в порядке следования фамилий счастливых обладателей аппарата.

Фелипе Родригес Фернандес будет фигурировать здесь как Родригес Фернандес, Ф.

Но поскольку у него целая куча родственников с подобным именем, то в телефонной книге вы найдете множество Родригесов Фернандесов, Ф. Так что если вы не обзавелись заранее его адресом, то вам, скорее всего, придется отказаться от намерения ему позвонить. Впрочем, это не страшно, поскольку все равно он, скорее всего, пьет где-нибудь кофе.

Если же вам нужно позвонить, скажем, в аптеку, или водопроводчику, или в автосервис, и вы настолько предусмотрительны, что заранее узнали название аптеки - “Фармасия Пинтада” (“Пинтада” - потому что она находится на улице Пинтада), и что водопроводчик работает с братом под вывеской “Эрманос Морено” (“Братья Морено”), а сервис называется “Гараж “Рено”, то не обольщайтесь - под этими названиями вы их в телефонной книге все равно не найдете, ибо телефоны предприятий записывают на имя того, кто платит по счетам. А в нашем конкретном случае это вполне может быть мать аптекаря, или тетушка брата водопроводчика, или первоначальный владелец зем­ли, на которой десять лет назад был построен “Гараж “Рено”.

 

Рождение, брак и смерть

За южноамериканскими телесериалами, что завладели умами и сердцами мам, бабушек и прабабушек, то есть тех, кто обычно следит за рождением, браком и смертью в семье, дети, свадьбы и похороны как-то не­заметно отступили на второй план.

Испанцы сейчас настолько озабочены тем, не беременны ли Мануэла и племянница ее сводной сестры от одного и того же красивого, но подлого молодого человека, что даже несколько забыли о столь желанных в прошлом семейных сборищах. И все же они по-прежнему тратят сумасшедшее количество времени и энергии и еще больше денег на детскую одежонку, кроватки, коляски и игрушки для новорожденного, не говоря уже о целых состояниях, которые уходят на свадьбу дочери или на изысканный гроб для усопшего родственника.

Испанцы рождаются приблизительно так же, как и остальные народы. За исключением того, что мамочку обычно отправляют в роддом на двенадцатом, а не на одиннадцатом часу, поскольку начало схваток она признает только после неоднократного пожимания плечами - она уверена, что ожидающее ее в роддоме времяпровождение не очень приятно и потому, возможно, оттягивает его, как только может.

Не один испанец родился не в больничной палате, а в машине отца или в такси, мчащем по задымленным улицам города к роддому; а еще больше - в автобусе, поскольку его будущего папочку просто было не сыскать, так как в этот момент он как раз пил кофе с таксистом.

День рождения отмечается дважды в году. Первый -это настоящий день рождения, а второй (намного более важный) - это именины, ибо в Испании нет чело­века, не названного в честь некоего святого. Это, как вы понимаете, дает родителям право пригласить де­дов, бабок, тетушек, дядюшек, двоюродных братьев и сестер, троюродных братьев и сестер, четвероюродных братьев и сестер и их ближайших и не ближайших родственников целых два, а не один раз.

Свадьбы здесь такие же, как и во всем христианском мире, то есть наряду новобрачной и дядюшке с видеокамерой, суетящемуся у алтаря, здесь уделяется больше внимания, чем самой религиозной церемонии. У невесты куча свидетелей и подружек, конфетти и рис разбрасываются в огромных количествах, а через плечо в пользу следующей жертвы летят букеты.

А вот похороны в Испании отличаются от похорон в других странах и проходят очень быстро. Если под рукой не найдется холодного морга, то усопший должен быть “похоронен” в течение семидесяти двух часов. Если же морг есть, то никаких ограничений не существует.

Людей не хоронят, а засовывают в “ниши”, поскольку гранит сильно затрудняет работу могильщика. Тело целиком запихивают в отверстие в кирпичной или бетонной стене и заделывают его таким же кирпичом или бетоном. Ниши обычно не покупаются, а берутся внаем у местной управы, которой и принадлежит кладбище. Если арендная плата не вносится вовремя, то гроб с останками вытаскивается из ниши и хоронится на общем кладбище, а ниша дожидается следующего обитателя, чьи родственники будут в состоянии оплатить его “проживание”.

Традиция траурных одеяний быстро уходит в прошлое. И если в прошлом жена, дочь или сестра усопшего ходили в черном долгие годы, а иногда и всю жизнь, если им выпадала несчастливая доля потерять, одного за другим, мужа, отца и брата, сегодня веселые вдовы в ярких цветастых одеждах или броском спортивном костюме для аэробики, - явление вполне обычное.

Однако это не означает, что испанцы огрубели; просто жить хочется всем, а траур - штука скучная.

 

Развод

С 1980 года развод в Испании - дело плевое.

При обоюдном согласии сторон развод можно получить за два года. Если же одна из сторон развода не желает, то другой приходится прибегать к жестким мерам - уходить из дома или открыто изменять супругу, чтобы юридически оформить отношения. И только через пять лет можно получить развод.

Из чего следует, что мужу, жаждущему расстаться со своей приевшейся половиной, приходится прибегать к колотушкам или собирать вещички и отправляться назад к мамочке.

Что же до женщины, желающей избавиться от столь же приевшегося мужа, то ей нужно дать ему хорошего пинка в его самое болезненное место, собрать вещички и отправиться жить к молочнику. Только молочника в английском понимании слова здесь нет, поскольку молоко в Испании у дверей дома не оставляют. Как и газеты. Так что и разносчиков их искать здесь бесполезно. Самый верный выбор - это точильщик, разъезжающий с точильным камнем на велосипеде по средам утром.

 

КУЛЬТУРА

Испанцы культуру уважают и относятся к ней очень серьезно. Стремление к познанию и демонстрация интеллектуальных способностей вполне поощряются. “Синий чулок” является здесь не столько обидным прозвищем, сколько комплиментом.

Чтобы понравиться испанцу, надо хорошо разбираться в испанском искусстве. Если вам, не дай Бог, попадется знающий человек, то он очень быстро поймет, что вы ровным счетом ничего не знаете об их культуре.

От вас, конечно, никто не ожидает декламации поэм Алейхандре, Альберти, Сернуды, Диего, Гильена или Гарсии Лорки. Но если вы вдруг позволите себе такую роскошь, то они будут в восторге. Но чтобы окончательно сразить их, выдайте им собственное мнение об их культуре.

Самым известным стихотворением в Испании является, скорее всего, “Удар быка и смерть” Федерико Гарсии Лорки, расстрелянного националистами во время гражданской войны.

Это элегия на смерть известного тореадора Игнасио Санчеса Мехиаса. В ней - все, что думают испанцы о смерти и славе.

Было пять часов пополудни.
Было точно пять часов пополудни.
Принес простыню крахмальную мальчик
В пятом часу пополудни.
И корзину с известью негашеной -
В пятом часу пополудни.
А над всем этим - смерть, одна только смерть
В пятом часу пополудни.

И так далее еще целых сорок шесть строф, и в каждой строфе вновь повторяется “в пять пополудни”. Там еще есть и такие строки:

И было бедро пропорото рогом...
А сердце быка так яростно билось...
И стала арена желтее йода...
Гангрена выткала траурный бархат...
Хоботы ириса в зелени паха...

(Перевод М. Зенкевича)

Другим наиболее часто цитируемым стихотворением является частушка, которую школьники напевали себе под нос под аккомпанемент национального гимна, когда еще был жив Франко.

Как у Франко, как у Франко
Белый, белый зад.
Его моет “Ариэлем”
Каждый день жена.

Вся испанская культура укладывается между этими двумя литературными опусами и находится под сильным влиянием “Дон Кихота” Сервантеса, повествующего о безумных деяниях рыцаря печального образа и его закадычного друга крестьянина Санчо Пансы. И хотя повествование это было написано почти четыре сотни лет назад, оно до сих пор остается едва ли не самым читаемым в Испании.

Но заявить, что Сервантес или Перес Гальдос являются самыми известными классиками испанской литературы, а Веласкес, Гойя, Фали, Миро и Пикассо ее ведущими художниками, а Де-Фалья, Гранадос и Родриго - ее лучшими композиторами, а Кальдерон де ла Барка, Агустин Морето и Кавана, Тирсо де Молина и Лопе де Bera - самыми выдающимися драматургами испанского золотого века, - мало. Испанцы считают, что это знает любой школьник

В международных литературных кругах до сих пор обсуждается вопрос, кто был большим реалистом: Макс Ауб, Пио Бароха, Торренте Бальестер, Камило Хосе Села, Мигель Делибес или Луис Мартин Сантос периода Франко, или писатели постфранкистской Испании, такие как Хуан Бенет, Роса Часель, Антонио Гала, Муньос Молина, Мануэль Васкес Монталбан и Теренси Мойке.

Или почему фильмы Альмодовара, Арильяна, Бер-ланги, Буньюэля, Камуса, Висенте Эрисе, Пилара Миро или Карлоса Сауры пользуются в стране большей популярностью, чем иностранные. Не потому ли, что последние редко доходят до экрана в своем первоначальном виде? Со времен Франко фильмы в Испании дублируются, поскольку так их было легче подвергать цензуре.

И еще один интересный момент, который немало забавляет испанцев. Речь идет об англо-испанском культурном общении. Дело в том, что англичане, плохо усваивающие иностранные языки, читают про испанцев в книгах, написанных англичанами, в то вре­мя как испанцы читают про англичан у английских авторов.

В большинстве домов вы увидите собрания сочинений Шекспира рядом с книгами Диккенса, Оскара Уайльда а, возможно, и Сомерсета Моэма и Д. Г. Лоренса.

Англичане же, со своей стороны, познают испанский характер по Роберту Грейвсу, Джорджу Оруэллу и Джералду Бренану (если не по Эрнесту Хемингуэю), воспитанных на книгах писателя-путешественника Джорджа Барроу, который, в свою очередь, вырос на книгах Ричарда Форда.

 

Пресса

С полмиллиона испанцев покупают “Марку”, ежедневную газету, пишущую о футболе. Но, в общем и целом, испанцы не большие любители газет. Самыми крупными печатными изданиями (свыше четырехсот тысяч экземпляров) являются “Паис”, “Мундо”, “АБС” и “Вангуардия”. Желтая пресса, эксплуатирующая тему личной жизни испанских монархов или неблаговидные поступки приходского священника, не пользуются здесь никакой популярностью.

Есть издания, в которых перемежают серьезные политические статьи целыми разворотами с ню - давно подмечено, что испанские бизнесмены не прочь полистать такие картинки за чашкой кофе.

 

Песни и танцы

Очень популярным до сих пор является “канте хондо” (монотонное пение, разновидность фламенко), имеющее четырехсотлетнюю историю. Любители “канте хондо” высмеют любого, кто, не разбираясь в этом искусстве, попытается что-то спеть (первое впечатление от этого пения такое, словно певец фальшивит и его единственной целью является протянуть как можно дольше одну и ту же ноту).

Все верно, нота действительно звучит фальшиво и бесконечно долго, но пока она звучит, певец умудряется рассказать слушателям целую историю о любви, горе, душевных муках, обмане, смерти и разбитых сердцах, о страданиях, несчастьях, боли, сожалениях, тоске, одиночестве, муках, жалобах, клевете, травме, апоплексии, катастрофе, о девальвации песеты, о теще, об отчаянии и седых волосах.

Когда испанцы не поют, они танцуют. А танцы у них страстные, вроде севильяны. В этом со сложной ритмикой танце страстные любовники из Севильи повествуют о своей любви и ненависти (несколько быстрых поцелуев, бесконечная чечетка и устрашающий вид). Или фламенко. Это - яростная севильяна, в которой мужчина и женщина, танцующие на высоких каблуках, имеют целью затанцевать друг друга насмерть; или хота, с ее озорными веселыми прыжками, скачками и подпрыгиваниями; сардана, любимый каталонский хоровод; фанданго, андалузский чуть более живой вариант последнего, исполняемый с беско­нечным притоптыванием и перестуком кастаньет.

 

Рок

Местная городская молодежь не настолько разочарована жизнью, чтобы испытывать агрессию, без которой немыслим обычный рок. Потому в Испании распространился так называемый “рок кон раисес”, то есть “рок на местных корнях”, проявляющийся в беспрерывном ритмичном хлопании и резком пронзительном пении в стиле фламенко.

“Рок на местных корнях” играют, хорошо или плохо, но всегда очень громко, на всех фиестах и сборищах молодежи. Как правило, ему сопутствует шоу из народных танцев. Местные власти всячески поощряют подобную тягу к культуре, поскольку найти среди местного населения желающих потопать и похлопать не составляет никакого труда и не стоит ни гроша, если не считать бочки вина.

 









Copyright © Испания Все права защищены.

Опубликовано на: 2005-04-08 (17460 Прочтено)

[ Вернуться назад ]
Espana Spain Испания Spain.org.ru
Web site engine code is Copyright by PHP-Nuke
Инфо, новости, фото Испании, туризм, недвижимость, знакомства в Испании, испанский язык